Навруз, - пожалуй, самый старый новогодний праздник на земле; его следы теряются в глубине тысячелетий. Поэтому нет ничего удивительного в том, что даже такие звезды мирового научного небосклона, как Абурайхан Бируни и Омар Хайям, при объяснении происхождения Навруза прибегали к языку мифологии и религиозных преданий.

         Навруз, как олицетворение истинной души и живой традиции, представляет собой наиболее типичное явление арийской культуры. Именно этот подлинно народный праздник в качестве сгущенной духовности предшествующих поколений и эпох на уровне нашего исторического подсознания олицетворяет собой извечное единство архетипов и духовных инвариантов культурной традиции, равно как и неразрывную духовную связь поколений - прошлых, настоящих и будущих.

         Навруз - самый универсальный среди всех известных народных праздников: как по природной основе, так и по культурным архетипам. Универсальность Навруза как астрономического явления очевидна: это равноденствие, которое отражено во всех известных системах солнечного летоисчисления (от календаря Майя до «эры Джалоли», созданной О. Хайямом). Явления равноденствия открыли не иранцы (впервые оно обнаружено греческим астрономом Гиппархом во втором веке до христианской эры, а в его научное изучение внес вклад средневековый арабский астроном Собит ибн-Курра); приоритет в обозначении дня весеннего равноденствия как начало нового года тоже принадлежит не им (до них это сделали шумеры и вавилоняне). Но иранцы одухотворили равноденствие: органически включили его в свою полифоническую традицию, выросшую на стыке цивилизаций Востока и Запада. Аль-Бируни, говоря о древних праздниках иранских народов, отмечает два их рода: «Среди праздников есть такие, причиной которых являются дела мирские, а есть и такие, причиной которых являются дела веры». Первым из мирских праздников аль-Бируни называет именно праздник весны - Нооруз- Навруз - Наурыз. История происхождения его неизвестна. Согласно иранской мифологии, в этот день был похоронен герой Сиявуш, убитый туранцем Афрасиябом. Это легенда упоминается в Авесте. Более подробно она описана в «Шах-Наме» Фирдоуси. «Из дошедших до нас источников явствует, что день похорон Сиявуша был назван «Навруз» и ежегодно отмечается как праздничный».

         Известно, что этот праздник содержал анимистические элементы. В день Навруза древние индоарии поклонялись так называемым фраваши, духам усопших предков. Этот обычай позднее был заимствован зороастризмом, который в то время стал официальной религией Ирана. Один из семи основных праздников зороастрийцев «совпадал с концом зимы и преддверием весны и переходил в праздник поминания душ предков (Навруз). Он приходился на ночь накануне весеннего равноденствия».

         Навруз - весенний праздник, он четко привязан к астрономическому движению Солнца. Что касается причины установления Науруза, пишет Омар Хайям, то, она состоит в том, что, как известно, у Солнца имеется два оборота, один из которых таков, что каждые триста шестьдесят пять дней и четверть суток оно возвращается в первые минуты созвездия Овна в то же время дня, когда оно вышло.

         Джамшид (Авест. Йима - первый мифической царь Ирана) этот день назвал Наурузом и ввел в обычай праздник.

         Навруз - циклическое начало летоисчисления. Как пишет М.Бойс, непременной обязанностью зоорастрийца было ежегодное празднование семи больших праздников, посвященных Ахура Мазде, Амеша Спенту и семи их творениям. Эти праздники распределялись по сезонам года, отражая календарный сельскохозяйственный цикл. Каждая община должна присутствовать на праздничном богослужении, на время праздников прекращались раздоры, возобновлялись и укреплялись дружеские отношения. «Люди поклонялись огню, и это седьмое творение, празднество ему, выделялось среди других. По-персидски оно называлось Ноуруз (Новый день). Авестийское название его до нас не дошло. Зороастр приурочил этот праздник к весеннему равноденствию, использовав древнее празднование наступления весны, которое посвятил Аша-Вашихита (лучшей праведности) и огню. Как последние из семи, этот праздник напоминает о Последнем дне мира, когда окончательно восторжествует Аша, а Последний день станет одновременно Новым днем вечной жизни. Этот праздник возвещает наступление ахуровского времени года - лета и отмечает ежегодное поражение злого духа».

         Персидское слово “рӯз” имеет длинную историю, и не всегда оно означало «день». В Авесте встречается слово “гаиćа” в значении «свет» и «луч».

         Таким образом, древнее значение персидского слова «рӯз» было «свет» и «луч света», а значение слова Навруз в древности - «новый свет» или «новый луч» (первая часть слова - “нав” мало изменилась на протяжении всей истории иранских и даже вообще индоевропейских языков).

         Новруз, возникнув в необозримых глубинах времен, стал путеводной звездой на разноуровневых пространствах мировой культуры.

         Пожалуй, это единственное феноменальное явление духовности, которое не прерывалось на протяжении тысячелетий. И не только не прерывалось, но являлось мощным корнем, от которого произрастали многочисленные ответвления: словесные и пластические искусства, мифологические и религиозные воззрения, логические и философские обоснования действительности, эмпирически-интуитивные критерии, осмысление возможного сосуществования человека и природы, представления о гармонии, непрерывности, превращениях, ценности жизни и проч.

         В то же время не было более парадоксального в мироощущении и мироутверждении, предельно далекого от рационализма, чем Новруз, главным принципом существования которого было жертвоприношение, т.е. принудительное убийство, как животных, так и человека. Через жертвоприношение решалось основное противоречие: противоречие жизни и смерти. Праздник равноденствия - Новруз - праздник возрастающего света, отмечался весной. Осуществлялся он во благо того, чтобы Солнце могло беспрепятственно преодолеть опасный пороговый участок Вселенной, разделяющий темное прошлое и светлое будущее. В ритуалах же Новруза актуализировалось настоящее, причем в этом настоящем сливались и прошлое и будущее.

         В этот праздничный день на дастархан ставили семь яств, названия которых должны были начинаться на букву «Ш» (арабский шин), а праздничное блюдо называлось «семь шинов»: шарап - виноградный сироп, шир - молоко, ширин - варенье из сока тутовника, шикяр - сахар, шербет - фрукто вые напитки, шам - благовонная свечка, шона - расческа. Эти составные части убранства стола символизировали различные природные явления: шарап - пробуждение, шам - красоту.

         Науруз с самого начала был народным праздником, днем пробуждения весны и началом земледельческих работ, о чем свидетельствуют сообщения древних авторов. Как пишет Омар Хайям: «тот, кто в день Науруза празднует и веселится, тот будет жить до следующего Науруза в весельи и наслаждении».

         Один из древнейших обрядов, отражающий архаичные черты праздничных обрядов, заключен в изготовлении посуды накануне Науруза. Эта традиция восходит к авестийским временам, хорошо описана письменными источниками и сохранилась до наших дней как пережиток среди земледельцев, частью которых являлись в средние века и тюрки, и казахи в Южном Казахстане и Жетысу. Вот так описывает этот своеобразный обряд этнограф Е. Пещерова: «Вперед с пением молитвы выступает опытная мастерица поселка и призывает на помощь покровительницу Момо (мать) и после этого лепит первый сосуд. Каждая женщина делает по нескольку сосудов для своей семьи. Их обновят на новый год-Науруз-главный праздник возрождения природы, который исправляется в день весеннего равноденствия. Рваную одежду и старые горшки в новогоднюю ночь выбрасывают из дома, новые вещи должны обеспечить семье богатство и процветание. Поэтому, изготавливая сосуд, женщина шепчет заклинания, призывая магические силы, чтобы горшок был прочным и полным молока и масла». В древних текстах Шатапатха Брахмане и четырех самхитах Черной Яджурведы говорится, что для жертвоприношения пригоден только сосуд, изготовленный без помощи гончарного круга: «…что скручено на круге, принадлежит асурам, что сделано без круга, принадлежит богам». В Упанишадах и Брахманах предписывается, чтобы арий сам, своими руками сделал сосуд, точно так, как его лепили отцы и деды, предки питари и прародитель Ангирис, обученный гончарству богиней Адити, и ни в коем случае не покупал горшка у ремесленника-шудры, не принадлежащего к арийской общине».

         Процесс изготовления сосуда сравнивается с актом сотворения мира. А сам сосуд - со Вселенной: «…делает он укху столь большой, как это Земля вначале была сделана», «дно укху-это земное жизненное пространство», второе кольцо- то сфера людей и зверей, а «третье-это небо». Формуя ленту, арий произносит заклинания: «Поднимись! Стань крепким! Будь большим! Стань прямо! Ты стоишь на прочном основании» и призывает на помощь богов: солнца-Митру, неба-Варуну, огня-гни, ветра-Вайю и покровителей четырех сторон света. Ведь при помощи сосуда жертвователь «получает потомство, благосостояние, обладание коровами, хорошую мужскую силу, сородичей».

         Таковы ведические и этнографические параллели во взглядах на сосуды и их изготовление, освященные индоевропейскими богами. Сосуд, как символ изобилия и достатка семьи, общества, всегда рассматривался как культовый атрибут и в иконографии последующих веков. Большое значение чаша с питьем имела в мифологии саков индоиранцев вообще, благодаря важной роли в их культе опьяняющих напитков. Пиво и буза считались «магическим выражением оплодотворящего начала», поэтому питье этих напитков и манипуляции с ними входили в обряд плодородия. В сакских каменных изваяниях, также отражающих в своей основе трехчленное восприятие вселенной, в качестве атрибута нередко фигурирует сосудритон. Это же изображение характерно и для древнетюркских каменных изваяний Центральной Азии (VI–X вв.). Сосуды для жидкостей предназначались в дар богам и их приносили к храмам и святилищам (об этом еще свидетельствовали надписи на месопотамских сосудах: «Чашу вич для измельченного мука изготовил Нинчирсу» или «Нинчирсу, сильному войну Энлиля, своему царю» и т.д.) .

         В заключение необходимо отметить, что все попытки некоторых людей представить Науруз или другие неисламские праздники как мусульманские лишены какой-либо научной или исторической основы. Кроме того, согласно положениям исламского вероучения, делать это категорически запрещается. Подобные попытки оказывают негативное воздействие на саму идею универсальности исламской религии, ее всеобщности, глобальности и представляют эту мировую религию в узких рамках своих национальных и племенных воззрений.

         Тем самым Науруз теряет свою сакральность царственного праздника и становится формой, оболочкой природного качества и народным театрализованным действием.

Литература:

1. Нурджанов, А. А. (1). Истоки праздника Навруз.  Народы и религии Евразии, 9(9),170-181. извлечено от http://journal.asu.ru/wv/article/view/2121.  Дата обращения: 28.01.2025.

Камолова Шукрона Ахматжоновна,

старший лаборант Центра Авиценноведения

Института философии, политологии и права им. А.М. Богоутдинова

Национальной академии наук Таджикистана